Silent Apothecary

Полынь входит первой — сухая, долгая, почти вяжущая горечь, которая не отпускает язык. Следом поднимается тысячелистник — землистый, чуть тёплый, с оттенком старой травы и мёда. А на финише лаванда оставляет холодный, цветочный шлейф, как ветер в пустой комнате. Горечь не смягчена солодом. Не сбита сладостью. Она идёт по всем рецепторам и задерживается надолго. Это не ежедневное пиво. Это встреча с горечью, которая лечит, а не балует.